Oдержимы идеей, чтобы вас цитировали? Возможно, у вас Publiphilia Impactfactorius

Всегда ли вы как ученый стремитесь улучшить свои метрики за счет публикаций в престижных журналах? Требуют ли от вас спонсоры и институты всегда быть первым? Если это так, вы можете столкнуться с риском возникновения нового психического расстройства, известного как «Publiphilia Impactfactorius», или просто PI, которое было описано в журнале PeerJ. Мы поговорили с первым автором Юри Тайдинк (Joeri Tijdink) из Медицинского центра VU (VUmc) в Амстердаме об этом шуточном ухудшении научного состояния и о том, существуют ли средства от этого недуга.

 Retraction Watch: Вы описываете несколько новых личностных качеств и кластеров. Расскажите подробнее об этом.

Юри Тайдинк: Мы изучили личностные черты (нарциссизм, психопатию, чувство собственного достоинства, макиавеллизм) 535 биомедиков и связали эти черты с недобросовестной научной деятельностью. Результаты исследования размещены в серьезной публикации здесь.

С психиатрической точки зрения (я психиатр) я чувствовал, что на основе моих наблюдений за научной культурой можно выделить несколько подтипов личности ученых, у которых проявляются симптомы и признаки (псевдо) психического расстройства. Однако я не мог определить данные личности к какой-либо формальной психиатрической классификации. Поэтому мы провели кластерный анализ и обнаружили 3 разных кластера личностей со специфическими особенностями. Мы дали им названия, исходя из их индивидуального профиля и особенностей: напыщенные проныры, перфекционисты и идеальные зятья.

Напыщенные проныры — это чокнутые нарциссические профессора с високим уровнем недобросовестной научной деятельности, перфекционисты – макиавеллианские невротики с завышеными стандартами достижений, а идеальные зятья имеют незначительные проявления нарциссических и макиавеллианских характеристик, уверенные в себе и успешные люди с высоким h-индексом.

RW: Примерно одна треть учених, которые приняли участие в исследовании, была отнесена к категории «напыщенные проныры». Именно они, по вашему мнению, наиболее склонны к научному мошенничеству. Что это говорит об ученых в целом?

ЮТ: Хороший вопрос. Мы можем только предполагать, но, возможно, это означает, что существует подтип ученых, обладающих чертами напыщенных проныр, которые легче поддаются соблазну  проводить сомнительные научные исследования  (я бы не называл это научным мошенничеством). Тем не менее, я твердо убежден, что большинство ученых добродушны, искренни, честны и очень благородны.

RW: Вы говорите, что небольшой процент ученых – «напыщенных проныр», вероятно, страдает от «психического расстройства, которое характеризируется патологическим стремлением, чтобы их работы публиковались и цитировались». Данное расстройство вы назвали Publiphilia Impactfactorius (PI). Является ли оно заразным? Существует ли какое-либо лечение или средства от него?

ЮТ: Publiphilia очень заразна. Поскольку большинство пациентов задают тон молодым ученым, которых они курируют, они служат для них примером. Молодые студенты, которых курируют ученые с данным расстройством, копируют их плохое поведение и черты. Это делает PI очень заразным. И не стоит недооценивать генетическую наследственность. Хорошей новостью является то, что существует лишь небольшая часть ученых, которые страдают этим тяжелым синдромом. Вы должны понимать, что Publiphilia — это только патогномоничный симптом еволюции напыщеных проныр.

RW: Каким образом результаты ваших исследований могут помочь институтам в вопросах найма?

ЮТ: Институты, несомненно, предпочтут выбрать и нанять ученых, принадлежащих к категории «идеальные зятья». Они являются идеальными учеными, которые могут возглавлять и вдохновлять исследовательскую группу, а также способствовать  проведению надежных исследований. Они переживают, они слушают, они служат хорошим примером для подражания. Самый простой способ отобрать их при приеме на работу в институт — это пригласить свекровь на собеседование. Они являются идеальным диагностическим инструментом для отбора данного кластера.

RW: Вы заявляете, что доля ответивших на вопросы составляет 65%, а процент тех, кто полностью прошел опрос — 49%. Даные показатели кажутся высокими. Является ли это одним из признаков высокого уровня нарциссизма среди опрошеных ученых?

ЮТ: Не секрет, что нарциссисты увлечены своим нарциссизмом, но это не может быть единственной причиной такого высокого процента ответивших. Это также связано с большим количеством перфекционистов среди тех, кто принял участие в исследовании. Присущий им невротизм вынуждает их доводить все начатое до конца. Они не могут оставить незавершенные задачи, такие как, например, не полностью пройденный опрос.

RW: Определял ли порядок авторов в данном документе h-индекс, учитывая вашу явную увлеченность даным показателем?

ЮТ: Н-индекс является плохим косвенным показателем для определения качества научных исследований, но это действительно хороший показатель для определения Publiphilia. Поэтому да, порядок авторов определялся, исходя из остроты симптомов Publiphilia. К сожалению, h-индекс первого автора относительно низок. Мы надеемся, что сможем повлиять на его h-индекс благодяря данному интервью и препринту статьи.

RW: Мы хотели бы отметить, что вы не привелы ни одного примера из более ранних работ по «импакт-фактор-мании». Мы уверены, что для этого есть основания, могли бы вы это прокомментировать?

ЮТ: Мы знаем об этом психическом отклонении. Однако эта классификация не имеет формального описания симптомов. И хотя мы признаем этот тип мании, данное явление настолько распространено в науке, что мы рассматриваем его как нормальное психическое состояние ученых.

RW: Мы слышали, что вы подали заявку на получение патента на тест для определения личности «напыщенный проныра», и что компания планирует лицензировать ваш тест. Тем не менее, вы лишь расплывчато упоминали об «оздоровительном центре для ведущих исследователей, страдающих от Publiphilia Impactfactorius. Как вы можете это прокомментировать?

ЮТ: Без комментариев. Слишком откровенные высказывания по поводу классификации и лечения могут быть расценены как финансовый конфликт интересов. Мы хотели бы подчеркнуть, что синдром PI не лечится, но интенсивная паллиативная помощь имеет решающее значение для борьбы с самыми серьезными симптомами и поддержки семьи и близких.

Перевод и адаптация: Big Time